30 октября – День памяти жертв политических репрессий
Первая выставка детских рисунков художника Тойво Ряннеля прошла в бараке, где жили арестанты. Ботаник Александр Яворский почти 20 лет провел в лагерях, потом сжег тюремную одежду на Столбах и начал новую жизнь. Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, пройдя через пытки и три ссылки, с молитвой и верой в лучшее, встал на путь служения – как только началась Великая Отечественная война.
Татьяна Зыкова, научный сотрудник Красноярского краеведческого музея:
"Первый эшелон с репрессированными в край пришел в 1929 году".
Через красноярские тюрьмы и пересыльные пункты прошло более 500 тысяч человек, ученые подчеркивают – эта цифра – не точная. Многие документы засекречены до сих пор. Но – как это было – историю хранят семьи.
Татьяна Зыкова, научный сотрудник Красноярского краеведческого музея:
"Те, которые были переселены сюда с западной части, для них это вообще был ужас! Баржа приставала к берегу – выходите, живите. У них не было ничего, рыли землянки и по возможности кто-то выживал".
В телячьем вагоне на станцию Красноярск с Ладожского озера привезли раскулаченную семью Тойво Ряннеля. Будущему художнику было всего 11 лет, когда они поселились на Ангаре. В глухой тайге, на приисках в Мотыгинском районе.
Екатерина Ряннель, внучка художника Тойво Ряннеля:
"Он рисовал, ему притаскивали какие-то обрывки бумаги, угольки. Старшие заметили, сказали – давай устроим праздник, сделаем выставку. Может ему лет 12 было – первая выставка прямо там, в барак для ссыльных. Потом в школе у него был очень хороший учитель, который тоже его заметил. И они ездили школьной экскурсией, их выпустили в Санкт-Петербург, и он побывал в музеях знаменитых там уже он окончательно заболел Айвазовским".
Александр Леопольдович Яворский – научный сотрудник Красноярского краеведческого музея. По ложному обвинению в лагере провел 10 лет, вернулся домой и через 2 года его снова арестовали, предъявив те же обвинения. Вторая ссылка была уже в Норильск – еще 6 лет жизни.
Татьяна Зыкова, научный сотрудник Красноярского краеведческого музея:
"Дело в том, что была ведь еще и разнорядка. Есть такие ужасные документы, где говорится – требуется столько-то слесарей, токарей, на 503-ей стройке еще писали: требуется столько-то актеров драматического театра. Впоследствии бывшие гулаговские стройки стали ударными комсомольскими".
Илья Куклинский, научный сотрудник Красноярского краеведческого музея:
"Яворский для нас – для музейщиков, для историков современных ценен тем, что он очень много изучал историю нашего края. Он по профессии был ботаник, но он еще записывал разные воспоминания. Яворский является автором первой биографии Чернышева – автора нашего проекта музея. Он является автором биографии Дмитрия Иннокентьевича Каратанова. Он писал историю Столбов, на протяжении всей жизни, в 20-ые годы как раз Яворский стал первым директором заповедника Столбы".
Писатель Алексей Черкасов вырос на юге края. Его первые рукописи были замечены Горьким, Твардовским, но ничего не сохранилось – все было изъято во время арестов. Черкасов прошел 30 тюрем. Когда сил уже не осталось, начал имитировать шизофрению. Так оказался в психиатрической больнице в Красноярске.
Елена Семеркова, научный сотрудник Литературного музея им.В.П.Астафьева:
"Это попадание в психиатрическую больницу, тем ни менее было в каком-то смысле спасением. Наконец-то мог писать письма матери. Да его письма читали цензоры. Тот самый цензор – 19-летняя Полина Москвитина. Она очаровалась текстами писем. Она была уверена, что их пишет уже глубокий старик, какое же было ее удивление, когда она увидела перед собой молодого мужчину".
Именно Полина Дмитриевна добилась освобождения Алексея Тимофеевича из психбольницы, и вообще реабилитации уже в 50-ые годы. По сути спасла ему жизнь и стала соавтором его произведений.
Вера Тимошенко, доцент Красноярского медицинского университета, кандидат медицинских наук:
"Наш медицинский Университет с гордостью носит имя выдающегося сына Отечества – Валентина Феликсовича Войно-Ясенецкого".
Опальный хирург, профессор Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий провел в ссылках 11 лет. Его обвиняли по пяти статьям.
Первая его ссылка была – сибирская – в Туруханск, деревня Хая, село Плахино – это вообще где-то за полярным кругом. То заболевание вирусное – трахома, другие врачи не лечили, заканчивалось оно слепотой. Он лечил этих больных. Его называли поп-шаман. Приехал поп-шаман с большой бородой, скажет поп-шаман слово, и мы начинаем видеть.
Когда началась Великая Отечественная заключенный Войно-Ясенецкий написал письмо в Москву с просьбой разрешить ему оперировать. Он возглавил госпиталь, в Красноярск потянулись эшелоны с ранеными бойцами.
Вера Тимошенко, доцент Красноярского медицинского университета, кандидат медицинских наук:
"Когда Войно-Ясенецкий начинал работать, было 24 госпиталя в 56-ти объектах. А когда он уже уезжал, было за 80 госпиталей, причем специализированных. Впервые это было сделано – сортировка по госпиталям. Заслуга Войно-Ясенецкого – да она огромная".
В красноярской книге памяти – 14 томов. Коллекции, которые собрал Александр Яворский музейщики изучают до сих пор, как и протоколы его допросов. Картины Тойво Ряннеля хранятся во многих музеях России, за рубежом. Благодаря писателю Алексею Черкасову о староверах – людях тайги узнал весь мир. Общий тираж его романов исчисляется миллионами. Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий уже в наши годы причислен к лику святых.
![](https://pics.vesti.ru/counter/video_counter.gif?mh_eyJpZCI6IjM2MjcxNDIiLCJ0eXBlIjoiYXJ0aWNsZSJ9)